Каменный город с весьма приятными мощеными улочками, уютными арками и надежными мостами через маленькие каналы. Здания невысокие, максимум три этажа. Весьма убедительные крепостные стены, частые башни по всей их длине — с точки зрения Лироя, прясла могли бы быть и не такими короткими (мало места для грамотного размещения стрелков и бойцов обороны), но тем не менее сами башни ему нравились. Крепкие, высокие. Ранней весной здесь довольно прохладно, но уже нет ночных морозов и даже показались первые признаки растительности.
Город отбит у сил местного дворянства одним из самых первых, так что внутри уже отмыли камень и дерево от крови руки людей и дожди, вполне мирно заработали рынок и лавки, - хотя в текущей ситуации, едва ли кто-то пытается заработать, больше благотворительности, - днем горожане позволяют себе прогулки, никто не запирает дома детей. Но все это дают в том числе очень зубастые защитники города — Флер и ее помощникам, скорее всего, пришлось в воротах воспользоваться статусом, его доказав или найдя воина, что знает принцессу в лицо, и просто попросить стражу следом не шуметь. Каких только шпионов и вредителей не присылают, военные очень бдительны и въедливы.

Лироя бы вполне устроило жить в палатке на поле боя. Быстрее закончит — быстрее вернется в Нэкс, где ждет его Флер. Но все поголовно помощники, советники и военачальники твердили, что ему нужны не только его силы, но и свежая голова. В итоге, после недавнего тяжелого ранения в бою с магистром магии противника, его все же сослали в особняк в городе. Он все еще был в центре всех событий,  «совы», оригами и даже зеркала бесконечно доносили информацию, перепроверяли его мнение о тех или иных событиях, он держал руку на пульсе во время совещаний тех генералов, что сейчас остаются на поле боя. Но лечился, конечно, справляясь с какой-то очень продвинутой магией отравления – явно авторское заклинание мага живой земли,  им и был магистр. Регенерация воина справляется, но избавиться быстро от всех последствий сложновато.
Сидя за рабочим столом над письмом и смотря на кружку с лекарством от лекаря-алхимика, мужчина недавно все же решил не писать о ранении Флер. В конце концов, его жизни ничто не угрожает, а что чувствует себя противно – то исправимо. Главное еще, что голова работает. А его драгоценность зря переживать будет.
Особняк располагался почти в самом центре города, когда-то принадлежал местному дворянину. У Лироя была возможность оценить, как жили прежние хозяева жизни Дархельма… Сплошное золото, камни драгоценные, понять бы еще, откуда. Возможно, сотрудничали с пиратами, но с этим работала разведка — ему лично просто доложат постфактум. Все залежи богатств интерьера, что прежний хозяин не смог унести в бегство, Лирой почти сразу запихал в отдельные комнаты двухэтажного здания. Из-за этого, несмотря на оставшуюся на местах дорогу мебель и некоторые картины, дом казался пустоватым. Но хоть глаза не резал. В Нэксе обращались с атрибутами богатства явно грамотнее, а главное — не было такого контраста с людьми на улицах.
Дома, - а ведь, он далеко не сразу когда-то научился считать Нэкс домом, он быстрее стал считать домом любое пространство рядом с Флер, - были зажиточные торговцы и земледельцы, богатые творческие личности, даже если и не обслуживающие императорские силы, успешные ремесленники, ученые… При абсолютной-то власти императора, людям давали жить по их силам. И даже помогали тем, кто сам справляется плохо — были бесплатные школы, например, и даже общежития для сирот. Здесь у него, у мрачного воина в черном, маленький ребенок умудрился спросить, сколько его семья должна за то, что солдаты, которых он в лицо-то не помнит, колодец маме в деревне почистили. Потому что помощь власть имущих — это всегда дорого. Кажется, он после этого ребенка по-настоящему и взбесился. Не считает он императора Нэкса святым благодетелем, но именно здесь они, кажется, влезли в «болото» очень удачно. Для ощущений Роя, по крайней мере.
Этими чувствами, мыслями и переживаниями он с Флер делился, наоборот, довольно честно и активно. Чего не скажешь о травмах… Исписывал целые оригами, потому что боялся лишнего рявкнуть, если вслух будет объясняться. Она, конечно, и не такое слышала и даже сама сказать может, но это не снимает с Лироя обязательства следить за «базаром» при принцессе, леди и любимой женщине в одном флаконе.

Сегодня она ему опять снилась. Ласковая, страстная, чем-то похожая на влюбленную змею — не в оскорбление сказано, просто ему очень нравилось, что она всегда стремится опутать его, как в кольца. Заполнить собой всю его жизнь, а он и не против. Или ему казалось… но тогда это была приятная иллюзия. Для него самого она была всем миром, и он никогда не хотел избавиться от этого морока — ни будучи рыцарем, ни тем более сейчас. Кажется, даже если его убьют, он все равно вернется к ней призраком.
И именно из такого сна его вырвал шум у дверей. Четыре утра, серьезно. Слуги что-то забегали, но их немного было — травма военачальника тщательно скрывалась, количество прислуги было минимизировано до двух мужчин, один из которых врач-алхимик, и одной дамы, что еще и готовила. Все из Нэкса.
Закончилось все тем, что на пороге дома появился он сам. В штанах и наскоро надетой черной рубашке. Естественно, потрепанный со сна. Бледный и с синяками под глазами из-за отравления, но в свете масляных ламп это плохо видно.
Пауза. Очевидно, раздумья. Мужчина мотнул головой.
- Так, стоп, ты ж в другой одежде была…
Еще заминка. На глазах женщины брюнет на полном серьезе щиплет себя за руку. Казалось бы, детский метод выйти из сна.
- Так… с ума схожу, что ли? Иветт?
Вообще, разумное предположение. Но глаза воина быстро сориентировались во тьме, глаза ночного хищника Рой развил давно.
- Так, - взгляд через плечо на алхимика, что тоже выскочил в холл в ночной шапочке и халате, - у этой дряни галлюцинации в симптомах быть могут?