- А то, что всякие Фонтаны по ночам кадрят заграничных служанок - будем? - невинно так поинтересовалась Амэ, улыбка ее стала шире и превратилась в ухмылку, словно в ответ на ехидство.
- Ах, ну вот, я ему о высоких чувствах, а он о финансах, - всплеснула руками нэвийка, но спорить (или отговаривать) не стала. Так-то под кустами особняки и ювелирные салоны не валяются, а она уже давно точно решила возобновлять свою деятельность со всем успехом и усилием, которое сможет выжать из себя - и может даже наемных рабочих. Их, правда, придется серьезно обучать перед этим, ну да ерунда. Главное начать, а там уже понятнее станет. - Не уходите от темы, маркиз, я вас все равно выловлю.
И тише уже, как-то ворчливо и словно бы для себя, но на самом деле вовсе нет:
- Ужом вертится, а.
Хотя в целом напряжение заметно подспало, Амэ чувствовала себя почти комфортно - пусть условно наедине, но ведь на разных сторонах кареты и совершенно прилично друг друга даже не касаясь! Ну какая красота эта большая карета!

- Э, нет, какие еще ноги на колени! Может ты и муж, маркиз, но наглей-то не сильно. Еще жрецы горло от песен не пролечили, а меня уже трогать за лодыжки?! Ну уж нет! - И упрямо подобрала под себя ноги, еще и скрестила руки на груди и надулась, как очень недовольный зверек. Из обуви-то она давно сама вылезла, ни минуты лишней в ней находиться не хотелось, казалось, что несчастные ступни опухли. Более того - Амэ была убеждена, что заработала несколько очень неприятных мозолей, которые сейчас алыми цветами окрашивали белые кружевные носочки. Нет, она не хочет смотреть на это сама - и не даст смотреть никому другому! Лучше потом, в этом самом особняке и обработает. Или позовет служанку и та ей поможет, но не здесь и не так же!
- Я лучше сама, ладно? Давайте мне, - и протянула руку, уперевшись второй о свое сидение, чтобы не навернуться.
А еще хорошо, что карета стала ехать чуть медленнее, потому что так она почти наверняка не свалится, особенно сейчас, когда любой резкий рывок и полететь Амэ может прямо своим прекрасным личиком между диванов. Ладно б это были каменные плиты, так дерево ведь!

Отредактировано Итикава Аматэрасу (2026-04-09 17:50:09)

-Я умею держаться достойно в любых ситуациях, - недовольно пробурчала Амэ, но ног все равно не выдала. Только рукой поманила коробку с лекарствами. - Давайте уже.
На предложение что-то у маркиза потрогать Амэ, кажется, взвилась окончательно. Ее ужас на лице смешался с оскорбленным достоинством и такой чудовищной неловкостью, словно ей предложили что-то чудовищно неприличное. И она это даже обдумывать не собирается.
- Да как вы!..
Договорить не успела - дальше все произошло так быстро, что ничего сделать девушка не смогла - только свалилась с дивана (застряв при этом в очень неудобной позиции, из которой сама в силу не сильно развитой мускулатуры и наряда не встанет вообще), удариться головой (не сильно и в основном скулой и носом. В глазах аж засверкало), попытаться остановить падение выставленными вперед руками (что почему-то вызвало странный звук треска ткани и боль в пальцах). Именно так она и нашла себя - обидно развалившуюся, растрепанную от неожиданного падения, на плече. Ладонь одна неудачно и болезненно вывернулась, а второй она невольно вцепилась в такой строгий и праздничный костюм Мэкса. Который теперь мог похвастаться разрывами в ткани. Золотые колпачки с пальцев, благо, спали прежде, чем повредить еще и тушку.
А пока она пыталась проморгаться, осознаться и вообще понять, как выбраться из неловкой ситуации - снаружи заорали о журналистах. Амэ затрепеталась, но подняться не смогла. Да вообще ничего не могла! Пожалуйста, помогите кто-нибудь, но без журналистов!
А потом она представила, как выглядит - макияж без сомнения был испорчен, наряд явно выглядит теперь несколько неряшливо и кособоко, о прическе вообще неловко вспоминать - спасибо, что никому спицами глаза не выбила, но идеальные пряди явно уже не такие идеальные. И вон покрывало, что недавно было на голове, уже на полу лежит. Снаружи был шум. Мамочка!
Еще и Мэкс неожиданно усугубил ситуацию, потребовав разогнать журналюг. О, тем теперь еще интереснее!
- Семерых ради, помогите мне подняться, я застряла, как идиотка, - прошептала она, пытаясь приподняться на руках, но куда уж там? Муж и был единственной опорой, не дающей познакомиться с полом. Стыдно было ну просто до безобразия, но это потом. Журналисты.
Неожиданно она заговорила - все так же быстрым шепотом, но серьезно, поглядывая на, благо, занавешенное окно кареты.
- Мы выглядим как подравшиеся кошки, позорище какое. Если нас так застанут, а нас застанут - все решат, что мы подрались сразу после церемонии. Я бы посмотрела на ставки, конечно, но это потом. Есть идея получше, но это будет любимый всеми похабный анекдот ближайшие полгода, клянусь.
А потом она изложила идею. Да, эта барышня, что отказалась даже лодыжку демонстрировать действительно говорила то, что говорила - и без прошлых ужимок.
- Предлагаю сделать вид, что журналисты застали нас в самый неподходящий момент. - Намекающий тон слышал? Вот, это он. Заговорщицкие намеки на интим в карете. - Пусть думаю, что мы не дождались первой ночи. И вообще за этим и едем в особняк. И журналистов гоним по той же причине! Лучше так, чем на брак падет тень разлада в первые же часы после его свершения. Это слишком важно сейчас, а нужно всего немного подыграть этим гиенам. В особняке разберемся со всем остальным. Бить не буду, но не наглейте, ладно? И лекарства надо собрать и прихватить с собой. Мало ли что для такого случая припасли.

Отредактировано Итикава Аматэрасу (2026-04-09 19:20:42)

- Судя по всему, измен государственных здесь не боятся, - иронично отозвалась Амэ, кажется, даже не тронутая тем, что местного императора в грош не ставят. Что еще можно было ждать от этих дикарей? Ни чести, ни достоинства, ни любви к своему императору (и его семье). По крайней мере в общей массе и у журналюг в частности. Девушке явно предстоит еще длинный и ухабистый путь к пониманию непростой ситуации в Нэксе, возможно она даже найдет однажды плюсы в этом разхлябистом обществе, однако сейчас не могла избавиться от липкого "ну и что еще можно было ожидать от дикарей?". Только базовое уважение к супругу (к которому в немалой степени прибавилась признательность за его заботу, успевшую проявить себя) и удерживало острый язычок от необдуманных речей.
- Ну чего вы так смотрите на меня, словно картина вдруг заговорила? - Невинно похлопала ресницами Амэ на удивление маркиза. Хотя на самом деле была чертовски довольна эффектом, который невольно произвела. Вообще, она не пыталась никого поражать до глубины души, она просто видела проблему и хотела ее разрешить, но побочный эффект оказался тоже весьма приятным. Что ж, это выражение лица точно стоит отложить в памяти, уж больно нежно оно гладит самооценочку по головушке.
- А у вас, я смотрю, какая-то особая любовь к лодыжкам. Неужели вы из тех персон, что жить не могут без них? - И снова так хлоп-хлоп глазками и улыбочку "я ничего такого не имела ввиду" демонстрирует. А смех-то во взгляде плещется, как море.
Ее, наконец, вернули на диванчик и Амэ принялась тереть затекшие конечности. Вроде даже и не ударилась толком, а все равно больше и неприятно вышло. Могло бы выйти еще хуже, да, к счастью, все обошлось только раздраем.
- Боюсь, мой наряд не позволяет такого, - Амэ покачала головой, вновь вернувшись к манере той женщины, что предлагала неприличное, - у меня нет выреза на груди. По крайней мере у верхнего платья. Так что судя по всему, маркиз, это одна из причин поездки в особняк. Серьезно, я из этого наряда сама не вылезу, даже если очень захочу. Меня в него укутали, как в саван, там три слоя! Три! - Девушка всплеснула руками, потом, правда, взяла себя в руки и пересела со своего диванчика на диванчик маркиза, дав знак рукой, чтоб он двигался. Туфли остались на ее стороне, бешено возвышаясь над полом. Судя по всему без туфель Амэ не смогла бы ходить в своем наряде - оно уже сейчас по полу вазюкалось по страшному.
- Ладно, сейчас разберемся. - Пробормотала она, проводя по своим губам согнутым пальцем. Густая красная помада тот час смазалась и осталась на пальце. Вот вам и улики. Взгляд вернулся к маркизу. Строгий, рабочий. Она вдруг обернулась постановщиком собственной пьесы. - Ну вы хоть губы покусайте, вы тут целовались между прочим, некоторые физиологические признаки должны быть.
А еще она взяла остатки помады с руки и ловко нанесла их на губы Мэкса. Потом зачем-то смазала и попыталась быстро-быстро убрать всякие следы, что, впрочем, не вышло. Вообще, Амэ считала, что даже на сцене человек должен быть максимально естественен. Костюм предполагал быть грязным нищим? Отлично, значит надо найти самые затасканные вещи и отправить кого-нибудь пару дней обтаскивать их еще больше по улицам. Кто-то играет благородную даму? Тогда следует изучить их стиль не только одежды, но и подачи себя, взгляда, тонкости макияжа и прически. Сейчас же она хотела добиться образа любовников, быстро попытавшихся привести себя в порядок. И именно за этим она шуршала вокруг Мэкса. Как вокруг собственного украшения. Оставив еще пару легких почти невидимых следов помады, она оттерла следы помады с рук внутренней частью своего яркого красного платья, после чего вдруг снова приблизилась и, придвинувшись, почти навалившись совершенно бесстыдно, запустила руки в аккуратно убранный синий водопад волос. Выкрала ленту, несколько раз вполне натурально сгребла волосы в охапну почти у самой кожи головы, после чего отпустила и, отодвинувшись, хмыкнула. После чего прошлась по верхним застежкам одежды, расстегивая их и успокоилась. Ленту она просто бросила куда-то на пол и запнула, чтоб видно не было. Мол, не нашли.
С собой было немного проще, так как вид уже без сомнения несколько взбитый. Но она постаралась поправить попорченый макияж, "потеряла" несколько неважных спиц-заколок, окончательно забыла о покрывале на голову и разворошила накидку на платье, чтобы она сидела косо. Колпачки на пальцы она постаралась вернуть, но нашла не все, что признала отличным вариантом. Можно будет аккуратно прикрывать недостающие украшения и тем самым привлекать к этому внимание... Оставалось только лекарство, в поисках которого Амэ зашуршала между сидений. Было чертовски непросто, от чего она даже раскраснелась. Тоже на благо.
Где-то между всем этим она еще раз взглянула на супруга и сделала жест, намекающий на то, что он должен постараться прибрать свои растрёпанные волосы. Вообще, на Нэйва часто встречаются мужчины, имеющие длинные волосы. Не удивительно, что у нэвийки может оказаться любовь именно к ним. Так что объяснение здесь можно найти спокойно.
Ювелир беспокойно глянула на дверцу. Кажется, что вот-вот кто-нибудь ворвется. Они слишком долго сидят как мыши в западне.

Отредактировано Итикава Аматэрасу (2026-05-03 07:09:59)

Амэ внимательно прислушивалась, хоть виду и не подавала. Какое-то время пришлось ехать в карете, а потом выходить. Обилие людей снаружи начинало здорово утомлять.
Вообще, какой бы то ни было физический контакт с посторонними был для девушки не просто неудобен и неприятен, он пугал. Заставлял сердце в ужасе замирать, мгновенно появлялось ощущение полной беспомощности, от которого хочется поскорее отвертеться, увернувшись, убежав или даже обратиться камнем. При чем здесь была какая-то интересная разница между "трогать посторонних" и "быть тронутой посторонним", которая выражалась вполне основательно: Амэ могла спокойно готовить Фонтана к "выступлению", но при этом уже рычала на излишне близкую дистанцию - что в парке, перед днем свадьбы, что на самом верху лестницы, когда следовало сделать вид условного поцелуя. Сейчас она ощущала что-то похожее - острое, нелогичное желание откусить руки по самый локоть, чтобы эта тактильная пытка закончилась. Если бы она обратилась к целительнице душ и сердец, то без сомнения сошлась бы на мысли о том, что такая реакция всего лишь привычка, вызванная категорически строгими правилами, которые она вынуждена была соблюдать на Нейва, чтобы как следует заработать. Да, суть всего была деньги - и вот результат: приличное приданное, чистейшая репутация, вроде как перспективный международный брак и этот приступ отчаяния, когда ее (о Семеро!) традиционно взяли на руки и понесли. В карете-то хотя бы была общая серьезная проблема, которую требовалось решить, здесь же ничего сделать было нельзя. Вот она и сдалась в руки безропотно. Наверное, впервые за... за много лет. Последний раз, кажется, ее носили на руках в далеком детстве, когда болезнь так сильно разбила ее здоровье, что не было сил даже голову от подушки оторвать. Однако... Она все еще была умной, хитрой и собранной дамой, у которой были планы на эту жизнь и этих многочисленных зрителей.
Будучи на руках, она была подобна красивой кукле, лицо которой замерло в смущенной улыбке, однако слух, обостренный адреналином, вылавливал в толпе слова. Они не сразу собирались в осознанные фразы, нов целом стало ясно, что обман удался. Будь Терра чуть более умиротворена, то обязательно бы улыбнулась матери и дочери. Детская наивность ее всегда радовала, да и дети в целом. Это совершенно прелестно, однако пока что было не до этого. Хорошо, что театральный опыт приучил ее не только улыбаться, но и не чувствовать взглядов кожей. Они подобны непрошеным прикосновениям, пробирающем через все ткани мира вместе взятые.
- М? - Взгляд резко переметнулся от женщины с ребенком к Мэксу. Он все так же возвышался - хоть стой, хоть сиди, хоть на руках катайся. Амэ старалась вообще не думать о руках!
- Действительно милая. Расскажешь потом о нагах? - Говорила она тихо, особенно спокойно, даже по отвлечению на другие темы перейдя на обращение на "ты", что вообще-то не делала обычно. Ей было комфортно отпускать длинные красивые обращения, выражающие уважение и почтение, а эта междусобойная болтовня... слишком лично. Особенно для "второй раз вижу".
- Я хочу потом побольше узнать о ваших традициях. - Взгляд уже медленно сместился с лица мужа на масштабные, сверкающие, безумные6 в своей красоте (и почти незамеченные) ворота. - Поможете? Литература дает только общее представление, люди обычно совсем не такие, как в книгах пишут.
Так странно вообще было обсуждать традиции в такой ситуации, но почему-то шло куда легче. Позволяло отстраниться от шарящихся взглядов и слов, брошенных в спины.
К счастью ее вновь вернули на землю (ювелир неловко встала в своих туфлях и поправила платье), потребовалось еще полминуты, чтобы полностью прийти в себя. По крайней мере до той степени, когда можно уже снова соображать не в аварийном режиме.
Мир за забором оказался просторным, зеленым и невероятным. Признаться, она не ожидала такого величия, великолепия и, что самое важное, простора. На островах не сильно много места, там тоже есть свои многоуровневые дома с садами и полями, но словно бы все как-то скромнее по размерам, если не считать самую элиту, конечно. У нее самой был небольшой одноэтажный домик с покатой крышей (большего просто не требовалось для бессемейной девушки), у родителей побольше. Здесь же был такой размах, что дух захватывало.
- Жаль, что нельзя пройтись. - Посетовала нэвийка с восхищением осматривая возвышающийся дом и видимые ей территории, - потом, когда все уляжется, да?

Отредактировано Итикава Аматэрасу (2026-05-09 10:05:23)